Выбор редакции

Филадельфия. Отцы-основатели, Рокки Бальбоа и Роден

Опубликовано 25 января 2015 в 18:23
0 0 0 0 0

Испытав смешанные эмоции от Большого Яблока и осознав, что нас засасывает этот город все больше и больше, мы вспомнили о первоначальной миссии нашей поездки — путешествию по Америке, а никак не зависанию на одном месте. Мы бросились в бегство. Вернее, спокойно сели в машину и поехали в наш следующий пункт назначения – город отцов-основателей США – Филадельфию, штат Пенсильвания. Гигантские манхэттенские небоскребы теперь становились совсем миниатюрными и умещались всего-то в зеркале заднего вида нашего автомобиля. Перед нами запетляли бесконечные восьмерки идеальной трассы, по сторонам замаячили придорожные дайнеры-закусочные, кофешопы и пекарни с невозможно-искушающими булочками и кренделями. Сопротивляться искушению долго мы не смогли и тут же отметили наш долгожданный выезд в первой же кафешке. С повышенным содержанием сахара в крови и приключенческим настроем мы начали-таки наше настоящее дорожное путешествие. Но пока оно было недолгим: всего лишь пара-тройка часов, и мы оказались в Филадельфии.

2vmGNDDxDsA

Именно здесь, как помнится еще с уроков истории в средней школе, возникли Соединенные Штаты Америки, какими мы их знаем. Здесь была принята декларация независимости, а позднее — Конституция США. Здесь же был подписан Билль о правах. Надо сказать, что дух “той самой” эпохи ощущается сильно, так как администрация города уже много лет занимается восстановлением архитектуры и приданием аутентичности центральным улочкам.

Что мы вообще знали о Филадельфии до того, как здесь очутились? Есть оскароносный голливудский фильм с одноименным названием, где Том Хэнкс, похудевший для роли на 12 кг, играет успешного адвоката-гомоссексуалиста, который впоследствии оказывается жертвой дискриминации в своей конторе, заболев СПИДом. Не исключено, что неспроста фильм называется именно так: не только потому что в Филадельфии происходят события, но и потому что именно здесь было некогда утверждено гражданское право. А американская Конституция, как известно, это фундамент и опора всего американского существования.

Отсылки к кинематографу будут преследовать нас на протяжении всей поездки, и в Филадельфии они не ограничиваются одной реминисценцией. Одной из главных достопримечательностей является Филадельфийский Художественный Музей (Philadelphia Museum of Art). Но разве удивишь выходцев из Петербурга шедеврами пенсильванской живописи и скудными собраниями мировых классиков? (Хотя, мы добросовестно обошли весь музей!) Куда интереснее своими глазами увидеть парадную лестницу – ведь именно по ней Рокки Бальбоа в каждом фильме о своих бойцовских подвигах, готовясь к очередному бою под сопровождение вдохновляющей песни “Eye of a Tiger” победоносно взбирается на самый верх. И тут, внезапно, пройдя в скверик у основания той самой лестницы, ты словно видишь навеянный мираж – но это не он. Это памятник Рокки – вот в этом тоже самая настоящая Америка…

Порой встречаются совершенно неожиданные объекты. Неподалеку от вышеупомянутого музея – вторая по величине после собрания в Париже коллекция работ скульптора Огюста Родена. Казалось бы, откуда такой музей в Филадельфии? А вот, кто-то когда-то подсуетился и преподнес такой нехилый подарок городу.

Короче говоря, все эти культурно-исторические радости были любопытны. Но больше всего нас продолжал занимать вопрос, где же мы все-таки встретим Новый Год? Ведь у россиян так не принято – не встретишь, авось он и не придет…

Мы обошли все возможные заведения и рестораны на предмет проведения там новогодней ночи но, естественно, расчетливые американцы бронируют столики заранее, тем более, в такие даты. Интересный эпизод произошел, когда мы, соблазнившись рекламой ни то буклета, ни то гигантского щита отправились в, Господи прости, казино. Но только потому, что в глубине его был ресторан, предлагавший целый пир с развлекательной программой и видом на ночную городскую набережную. На входе в казино нас встретил охранник — сморщенный и сутуловатый старикашка, напоминающий ушедшего на пенсию героя американского вестерна, причём не иначе, как черно-белого. Пожилой ковбой поинтересовался нашим возрастом, а позже спросил документы. (О фундаментальности возрастных ограничений в Америке я расскажу отдельно.) Узнав, что мы приехали из России, человек на глазах превратился в Бенджамина Баттона, то есть в совершенного ребёнка и не мог сдержать своего искреннего детского восторга. Нас такая реакция несколько обескуражила: казалось, он увидел то ли пришельцев из другой галактики, то ли оживших сказочных героев.

“Боже мой!” – не унимался он, и слёзы уже заблестели в уголках его глаз, — “я прожил такую долгую жизнь и никогда еще не видел людей из России!”

Надо сказать, что на контрасте с нашими соотечественниками, американцы совершенно не скрывают свои, порой, преувеличенные эмоции. Польщенные собственной уникальностью или, по меньшей мере, хотя бы тем фактом, что именно на этот прокуренный ковер еще не ступала нога русского подданного, мы получили большое удовольствие от общения. А столика, увы, так и не получили.

Все наши поиски закончились тем, что за пару часов до наступления Нового Года мы вышли, как бедные родственники, на центральную площадь Филадельфии. Всем, кто попадался на нашем пути, было завидно весело. В уже достаточно изрядном подпитии, с блестками, размазанными по лицу, конфетти в волосах и в ёлочных бусах наперевес проходящие мимо, подобно цыганскому мини-табору, веселые компании юнош и девушек словно дразнили нас – не видать вам, ребята, веселой вечеринки на чужбине. Изрядно замерзнув и слегка отчаявшись, мы зашли в первое попавшееся уютное место. Оно оказалось небольшим джазовым клубом, где милый и немолодой официант встретил нас как обожаемых родственников и пригласил за столик. На сцене небольшой бэнд играл классический джаз, почти все разновозрастные гости соблюли дресс-код – что-то в стиле ретро 20х годов. После первого же бокала вина на душе стало как-то очень уютно и тепло, а посторонние нам люди за соседними столиками показались давно знакомыми соседями по лестничной клетке или, на худой конец, по дачному участку. Прозвучали куранты, взорвались хлопушки… И так мы совершенно спонтанно встретили один из лучших Новых Годов в своей жизни. С 8ми-часовой разницей, в морозной Филадельфии, среди кучи незнакомых нам иностранцев, с бокалом калифорнийского вина и праздничным куском отменного бифштекса на вилке.

Вернувшись в номер, мы все-таки посмотрели в интернете новогоднее обращение нашего президента – тоска по Родине в такую ночь рано или поздно настигает каждого. И, поскольку вечеринка у нас получилась почти по-пенсионерски интеллигентной, уже на следующий день мы были готовы двигаться дальше.

0 0 0 0 0




Вконтакте
facebook